Под елкой выстроились цветастые коробки с подарками, зарываясь в хвойные лапы новогоднего деревца. Ползущая вдоль ствола змея-гирлянда вспыхивала многочисленными лампочками, отражавшимися в стеклах игрушечных шаров. На полу, терзая бумажный бантик, бесновался пушистый серый котенок. Он комочком катался по ковру, не отпуская из крошечных лапок свою добычу. Зверек довольно фыркал и ворчал, походя при этом на настоящего тигра.

Когда мифическая птичка должна была вылететь из объектива вслед за вспышкой, котенок вдруг резко потерял интерес к игре и устремился прочь, привлеченный возбужденными голосами. Фотограф улыбнулся, глядя на неудавшийся кадр. Маленький серый проказник не оставил в нем даже кончика хвоста.

Вошедшая в комнату женщина получилась очень красивой. Счастливое открытое лицо, стройная фигура в праздничном платье, волна ухоженных волос, тянущихся к плечам. Даже на замершем изображении глаза хозяйки светились радостью. Фотограф пропустил ее к столу и направился дальше. Ему оставалось сделать еще три кадра.

Не отрывая взгляда от телевизора, отец семейства не услышал за спиной щелчка фотоаппарата. Очередной кусочек чужой жизни нашел пристанище в глубинах черного механизма, с которым не расставался гость.

Девочка с белокурыми косичками строила рожицы старшему брату. Тот до поры до времени делал вид, что ничего не замечает, но потом не выдержал и изобразил на лице забавную гримасу. Сестренка, вылитая мать-красавица, зашлась хохотом, едва не подавившись шоколадной конфетой. Брат улыбнулся и шутливо пригрозил девочке пальцем. Фотограф посмотрел на паренька. Лицо того враз помрачнело и на нем промелькнуло что-то похожее на опасение. Однако очень быстро туда вернулась родная ухмылка, которая и застыла в кадре.

Часы оповестили семейство о приближении праздника. Мама собирала на стол, папа утопал в новогодней программе передач, а дети задорно перешучивались, сопровождая собственные комментарии звонким смехом. Фотограф стоял рядом. Люди его не замечали, да и не могли заметить. Гостю нужно было торопиться, ведь до трагедии оставались считанные минуты. От возвращения в свой мир фотографа отделял последний снимок. Прощальный кадр для всех, кто оказывался объектом его задания.

Как только объектив поймал голубые озерца на веснушчатом детском личике, улыбка куда-то пропала. Фотограф немного удивился, глядя на затихшую вдруг девочку. Та словно смотрела на него. Ее руки вжались в край скатерти, в уголках глаз зарождались крошечные ручейки. Длинные, как ветви ели, реснички хлопнули вместе со вспышкой…

Вихрь снежинок летел следом за фотографом, который закончил свою работу. Шаги по хрустящему насту никто не слышал, как и не видел тень, бредущую прочь от многоэтажек. Навстречу пронеслась пожарная машина, разметывая в стороны грязные хлопья снега. Фотограф знал, что прямо в эту минуту полыхает одна из квартир, где загорелась гирлянда. Заклинившая дверь похоронит в огне всю семью.

Из недр куртки фотографа показалась пушистая голова. Серый котенок принюхался к морозному воздуху и спрятался обратно. Ему было тепло и уютно. Там, откуда пришел его новый хозяин, снег не идет никогда.